- Первую президентскую кампанию Вы провели в команде Александра Лукашенко. По нынешним меркам, Вы недолго проработали под его началом - в 95-м ушли в отставку, взяв на себя ответственность за "белые пятна" в газетах. Во всяком случае, такова официальная версия. В нашем случае официальная версия является ли настоящей причиной ухода?

- В 94-м я взял на себя ответственность за "белые пятна" в центральных газетах, в 95-м я ушел в отставку. И в данном случае официальная версия совпадает с причиной отставки.

- Ваша отставка произошла задолго до референдума 96-го года. Но Вы непосредственно участвовали во всех последующих событиях, хотя уже и в качестве журналиста. Кому и зачем понадобился референдум 24 ноября 1996 года?

- Референдум 96-го года понадобился тогдашнему главе исполнительной власти, он же - глава государства Александр Лукашенко. Ему понадобился референдум, чтобы снять ограничения на реализацию своих полномочий, как ему казалось. То есть, фактически разрушить предусмотренный Конституцией баланс властей.

- Давайте вспомним хронологию тех горячих ноябрьских дней. Что было первым: инициатива об импичменте Лукашенко либо его предложение провести референдум?

- Первыми стали поправки в закон о Конституционном суде и Конституцию, которые Александр Лукашенко предложил рассмотреть парламенту. Поскольку парламент справедливо счел, что президент пытается вторгнуться в его компетенцию, эти поправки рассмотрены не были. После этого президент апеллировал к референдуму.

- Почему ответная инициатива - импичмента не была доведена до конца, хотя и значительная часть верховного Совета, и Конституционный суд и Центризбирком выступали против референдума?

- Она не была доведена до конца, потому что люди слабы. Потому что есть вещи, которых люди боятся. В моей книге "Лукашенко. Политическая биография" это описано. Мои собеседники - и Владимир Нистюк, и Валерий Круговой - откровенно говорят как с ними, что называется, "работали". Кто их вызывал, о чем с ними говорили, как "уговаривали" снять подписи с заявления об импичменте.

Владимир Нистюк свою подпись не отозвал, Валерий Круговой снял. Были депутаты, которых заставляли отозвать подписи, угрожая семье. Об этом тоже говорится в моей книге, собеседники этого не скрывают. Был случай, когда депутат, которого заставили снять подпись, пришел в свою партию, плакал - рассказывая, как это происходило. Все было.

- Какую роль в тех ноябрьских событиях сыграл российский десант? С какой целью приезжало в Минск практически все российское руководство?

- Они приезжали по одной простой причине. России все время нужно доказывать, что на постсоветском пространстве она контролирует политический процесс, что это зона ее политической ответственности. Поэтому попытка воззвать к Москве как к посреднику урегулирования внутреннего конфликта (инициатива исходила, напомню, от парламента) была воспринята Москвой совершенно спокойно и даже в чем-то - радостно. Вспомним, что этот визит был на самом высоком уровне. Если учесть, что Борис Ельцин еще не мог толком придти в себя после операции, то посредников более высокого уровня просто быть не могло.

Говорить о том, что Россия приехала решать свои вопросы - по меньшей мере, глупо. Повторюсь: инициатива исходила от спикера Верховного Совета Семена Шарецкого.

- Но достигнутый той ноябрьской ночью компромисс не был выполнен. Почему, что произошло?

- Этот компромисс не устраивал ни одну из сторон. Поэтому часть депутатов, представлявших парламентское большинство, но одновременно - антипрезидентскую позицию, то ли не поняли, о чем идет речь, то ли поняли, но захотели просто соблюсти честь мундира - они просто самоустранились от голосования. Президенту было выгодно сорвать это соглашение руками парламента, что с большим удовольствием выполнила пропрезидентская фракция "Согласие". Если помните, ее руководитель Владимир Коноплев с телефоном в руках заявлял: президент на проводе - не голосуем!

- Бывший депутат Верховного Совета Андрей Климов сказал: если бы не предательство руководства парламента, этот конституционный переворот не состоялся бы… Что имел в виду Климов под "предательством"?

- Я не считаю Шарецкого предателем. Он политический неудачник и находился в плену собственных схем. Ему казалось, что все будут играть по каким-то правилам. И он действительно искренне удивлялся (я это хорошо помню), если кто-то не держал слово, нарушал слово. Лидер фракции коммунистов Сергей Калякин был гораздо в большей степени политиком, чем Шарецкий, но он не мог говорить единолично от имени Верховного Совета.

Столкнулись фактически две концепции. Одна концепция была рассчитана на многоходовку: затянем время, будем решать эту проблему, отвоюем что-то назад… Очень ярким сторонником этой концепции был Калякин. А вторая - либеральная фракция "Гражданское действие", в данном случае выразителем этой позиции является Андрей Евгеньевич, требовали решить сразу, немедленно. Слишком разные политические силы, слишком недостаточен, на мой взгляд, опыт сотрудничества между ними. Можно было подозревать фракцию коммунистов в чем угодно, но Калякин - один из немногих белорусских политиков, кто всегда держит данное слово. Это ясно сейчас - именно поэтому он воспринимается как самый надежный партнер всей, без исключения, оппозицией. Даже теми, кто придерживается диаметрально противоположных идеологических концепций.

Но тогда это было начало. И тогда договориться об общей тактике практически было невозможно.

- То есть в тех политических условиях не было шансов предотвратить этот референдум?

- В моей книге одна из моих собеседниц Валентина Свяцкая, работавшая тогда советником председателя Верховного Совета, по-моему, она говорит о том, когда стало понятно, что референдум проигран. Тогда, когда на встречу с руководством Верховного Совета приехали губернаторы. И по их поведению, по поведению председателей облисполкомов, в первую очередь по поведению Александра Дубко - ближайшего друга Семена Шарецкого стало понятно, что Верховный Совет проиграл.

- Проиграл тогда не только Верховный Совет - проиграла вся Беларусь.

- Да, конечно.

- Впоследствии референдум стали называть "конституционным переворотом". Вы согласны с такой трактовкой этого события?

- Элементы конституционного переворота были. Первый - неисполнение решений Конституционного суда о необязательном характере референдума. Если бы стороны оставались в конституционном русле - они обязаны были выполнить это решение. А это означает, что с результатами референдума президент должен был придти в парламент и объяснять, что народ его поддержал.

Второй элемент конституционного переворота - это насильственная замена председателя Центризбиркома. Президент не имел конституционного права этого делать - в Конституции был четко прописан механизм отставки. И если это произошло в той форме, в которой произошло, мы не можем говорить, что это было законно.

- Как сказались результаты референдума на последующем развитии Беларуси?

- Все, что мы сейчас имеем, включая и экономический кризис, - это последствия того референдума.

- Ноябрьский референдум 96-го можно считать точкой отсчета падения Беларуси?

- Да, именно точка отсчета. Именно на этом референдуме был ликвидирован баланс властей, была создана система государственного управления без сдержек и противовесов, были отняты фактически контрольные функции у судебной системы, ликвидирована ее независимость. Мы имеем то, что имеем, - в результате референдума.

- Александр Иосифович, давайте займемся сравнительным анализом. Давайте сравним Лукашенко образца 94-го года и нынешнего Лукашенко: насколько они похожи друг на друга, насколько они отличаются один от другого?

- Раньше я говорил так: не меняется со временем либо дурак, либо Позняк, подразумевая, что Позняк - умный человек, но единственное исключение. Сейчас я могу сказать так: не меняется со временем только дурак. Даже Позняк изменился…

Лукашенко конечно изменился. Изменился очень сильно. На мой взгляд, не в лучшую сторону.

- Какие черты он приобрел сейчас, которых он не имел в начале своей политической карьеры?

- Разные черты - и отрицательные черты, и черты, которые должны быть у настоящего государственного лидера. Такое тоже ведь есть.

Он стал лучше контролировать самого себя. Последний год это не видно, но до 2006-го года, до палаточного городка, он очень хорошо владел собой: он умел выжидать. Он умел принимать решения, что называется, вовремя. В 94-м году он был импульсивен, он был резок и он был гораздо более искренен, чем сейчас. В 94-м году он умел выслушивать всех, включая даже те точки зрения, которые ему не нравились. И даже - иногда с ними соглашаться. Сейчас вы видели Лукашенко, который спокойно выслушивает то, что ему не нравится?..

К сожалению, это свойство - уметь слушать то, что тебе не нравится, и общаться с оппонентами, спокойно, - это свойство он утратил. Абсолютная власть, которую он приобрел, сделала его заложником. Заложником ситуации - он не способен к самокорректировке. А тогда он очень быстро корректировал свою позицию, если видел ее ошибочность…

Иван ГРЕКОВ

Беспредел докатился до Сочи

С территории санатория "Беларусь", которая взята у России в аренду на 49 лет, выселили жильцов, освободив место под резиденцию президента Александра Лукашенко. Оставшиеся женщины живут на территории санатория без тепла, воды и света.

Валентина и Любовь Голубевы жили и работали в санатории с 1988 года. Их жилье имело статус квартиры, выселить из которой их никто не мог. Однако в 2009 году на территории санатория было решено строить резиденцию белорусского президента. В двух шагах находится резиденция российского президента «Бочаров ручей», а Лукашенко отставать от России не любит.
40 семей, живших на территории «Беларуси», руководство санатория в спешном порядке расселило. А вот сестры Голубевы переселяться отказались. В минувшем августе Александр Григорьевич отдыхал в Сочи и провел встречу с президентом Медведевым. Рядом с будущей резиденцией Лукашенко уже построили гостевые домики, сейчас сооружают эскалатор длиной 200 м  для спуска к морю. Голубевы сюда никак не вписываются. И потому белорусский президент высказал руководству санатория недовольство.
Замдиректора санатория Сергей Костенко недоумевает: «Квартиры Голубевым уже два года как куплены. Что их не устраивает,  мне непонятно». Однако Валентина Голубева уточняет: «Вместо изымаемой квартиры нам дают общежитие. Кроме того, переселяют из городской черты в поселок. Плюс к этому общежитие было в непригодном состоянии». Тут надо добавить, что Валентина - инвалид 2-й группы, то есть по закону ей положена дополнительная жилплощадь.
Осенью из Минска в Сочи прибыл Александр Кизим, бывший начальник контрольно-ревизионного отдела белорусского Министерства культуры. С женщинами, которым уже за 50 лет, он стал разговаривать жестко. 12 сентября к их дому подогнали бульдозер. Благо, бульдозерист вник в ситуацию и ломать дом не стал. 16 сентября двум беззащитным женщинам замуровали душ, а затем отключили свет и тепло. Надо сказать, что еще в 2010 году принято судебное решение о выселении Валентины и Любови Голубевых. Однако затем экспертиза показала, что общежитие, куда их сбагривают, для жилья непригодно. А по закону при переселении условия ухудшаться не могут. Благо, на территории санатория "Беларусь" пока еще действуют российские законы, пишет "Новая газета".

Статистика на службе президента

По информации Белстата, в Беларуси наблюдается рост ВВП и иностранных инвестиций по сравнению с аналогичным периодом прошлого года. Как используют власти обнадеживающие цифры статистики во время развивающегося кризиса?

Национальный статистический комитет Беларуси сообщает об увеличении более чем в два раза иностранных инвестиций и росте ВВП на 8 процентов по сравнению с аналогичным периодом прошлого года. Откуда берутся цифры, свидетельствующие об экономическом подъеме на фоне развивающегося кризиса в Беларуси, и как этим пользуются власти?

Белстат уполномочен заявить
Если верить официальным подсчетам, белорусская экономика находится на подъеме. Например, по данным Белстата, иностранные инвестиции в реальный сектор экономики по сравнению с прошлым годом увеличились вдвое - до 12,6 млрд. долларов. ВВП также растет в соответствии с прогнозом: он должен составить около 10% к соответствующему уровню 2010 года.
Резко выросла доходная часть бюджета, зато дефицит, наоборот, уменьшился с запланированных 6 триллионов белорусских рублей - до 800 млрд. Чистая прибыль промышленных предприятий увеличилась более чем в три раза. Совокупный объем денежных доходов белорусов в январе-сентябре 2011 года возрос почти наполовину. А число безработных снизилось с официально зарегистрированного 1% - до рекордной цифры в 0,6% от занятого населения.
В то же время столь радужные показатели соседствуют с информацией о том, что рейтинговое агентство Standard & Poor's поместило Беларусь в группу стран с самым высоким уровнем экономического риска. Так кому нужны эти статистические "потемкинские деревни", если даже в белорусском правительстве заговорили о долгах, которых вдвое больше, чем резервов, а средний доход жителя Беларуси составляет чуть более 100 евро?

Статистический агитпроп
Все объясняется просто. Власти используют статистику для пропаганды "уникальной белорусской модели экономики" и жонглируют цифрами, выдавая желаемое за действительное. В отсутствие открытой общественной дискуссии о положении в экономике белорусы получают информацию в основном из подконтрольных государству СМИ и на так называемых Единых днях информирования - ЕДИ, которые раз в месяц проводятся на предприятиях и в учреждениях.
Вряд ли идеологические работники сообщат гражданам, что почти 90% из упомянутых многомиллиардных инвестиций - это долговые обязательства, и что иностранными инвестициями в Беларуси считается даже возвращенный предприятию долг. На самом деле план 2011 года по привлечению прямых иностранных инвестиций на чистой основе выполнен не будет. Вместо прогнозируемых 6,5 млрд. долларов Беларуси пока удалось привлечь лишь 1,1 млрд.

Прирост ВПП в Беларуси обусловлен, в том числе, и накачиванием экономики эмиссионными деньгам, рост доходов бюджета был также обеспечен инфляцией. Да и о росте средней зарплаты позволяет говорить только специфическая методика расчета: если весь фонд зарплаты поделить на все число работников, получается успокаивающая, но обманная цифра. И если заработки будут повышаться только у руководства предприятий, Белстат все равно выдаст данные о росте. При этом статистика не сообщает, у какого количества работников оплата труда осталась на прежнем низком уровне.

Кризис запрещен
Невысокий уровень безработицы в Беларуси также рассчитывается по критериям, не дающим реальной картины. Например, по небольшому числу зарегистрировавшихся в центрах занятости. Причины нежелания регистрироваться известны: ежемесячное пособие составляет чуть более 10 евро плюс - отсутствие перспектив на получение достойно оплачиваемой работы. В то же время белорусское правительство пока так и не разработало антикризисную программу на период приватизации и прогнозируемого закрытия неконкурентоспособных предприятий, которое повлечет за собой массовые увольнения.
Вместо программы по выводу из экономического кризиса президент запретил правительственным чиновникам увлекаться "непопулярными методами" рынка и обязал к началу мая "кардинально изменить настроения людей". А это значит, что высшая власть продолжит свой популистский курс, и статистика по-прежнему будет использоваться в агитационных целях. Другое дело, насколько хватит запаса прочности белорусской экономики, веры кредиторов в лукавые цифры и терпения самих белорусов.

"Немецкая волна"